Замок Ардеволь: башня внутри башни на дороге к Кардоне

Ардеволь расположен на юге комарки Солсонес, у подножия хребта Пинос, примерно на высоте 739 метров. Башня занимает небольшой выход скалы посреди сравнительно открытой местности. Это важная поправка к образу замка: строители выбрали не господствующую вершину с круговым обзором, а точку, связанную с движением по земле. Отсюда контролировались подходы с запада, со стороны Торы, к Кардоне, а также пути вдоль ручья Льянера и перегоны скота. Среди пяти сопоставленных башен региона прямая зрительная связь для Ардеволя установлена лишь с Кастельянесом. Следовательно, объект вряд ли служил звеном непрерывной цепи сигнальных постов. Его положение лучше объясняется наблюдением за конкретными маршрутами, хранением припасов и защитой небольшого поселения, возникшего рядом с укреплённой площадкой.

Кардона придавала этим дорогам особое значение. Её соляное месторождение было одним из важнейших ресурсов внутренней Каталонии, а соль требовалась и для животноводства, и для сохранения продуктов. Исследователи обнаружили в растворе нижнего яруса Ардеволя соли, которые не происходят из местного камня или строительной смеси. Это не доказывает существование склада, но делает такое использование вероятным. С башней могли быть связаны хранение соли, обработка мяса и обслуживание стад на сезонных маршрутах. Даже происхождение топонима Ardèvol некоторые авторы осторожно связывают с дороманским, возможно баскским пластом названий, относящихся к овцеводству. Гипотеза остаётся лингвистической, зато хорошо совпадает с материальной картиной: укреплённый пункт стоял там, где власть соприкасалась с хозяйственным потоком.

Средневековые акты рассказывают об Ардеволе позже, чем его стены. Утверждение об упоминании уже в 805 году современная критика документов не подтверждает. Надёжные записи о местности появляются в 979–980 годах. В акте от 14 марта 980 года Фруила продал виконтессе Эрметруит и её сыновьям землю в Ардеволе, отнесённую к округе замка Кардона. Документ фиксирует поселение и владение, но ещё не называет замок Ардеволь. Прямое выражение castrum Ardeval известно из акта 1027 года, где церковь Сант-Жуст расположена «в пределах» его территории. Различие принципиально: первое письменное упоминание места, первое указание замкового округа и дата строительства башни отвечают на три разных вопроса. Если соединить их в одну хронологию, каменное сооружение искусственно омолаживается как минимум на столетие.

Старая датировка выглядела логичной до появления абсолютных анализов. Прямоугольную башню относили к середине X века и связывали с организацией графской границы, а окруживший её цилиндрический объём — с концом XI или XII столетием. В 2021–2022 годах реставрационные работы позволили исследовать растворы и получить образцы древесного угля из строительных слоёв. Уголь в основании первоначальной башни дал интервал VIII–IX веков. Образец из раствора первой внешней оболочки относится к IX–X векам. Эти результаты не назначают точный год и заказчика, однако меняют последовательность событий: старейшее ядро уже существовало до устойчивого включения района в сферу графской власти, а первая перестройка могла произойти ещё до появления Ардеволя в сохранившихся латинских актах.

Политический фон ранней постройки остаётся дискуссионным. Каролингские силы укрепились в Кардоне, Кассерресе и Осоне в конце VIII века, но продвижение графской власти в нижнюю часть Солсонеса получило устойчивый характер лишь во второй половине X столетия. Между этими зонами лежала подвижная окраина Верхней марки Аль-Андалуса. Техника кладки первой оболочки Ардеволя имеет аналогии в омейядских укреплениях региона: крупные блоки основания уложены преимущественно поперёк стены и связаны известковым раствором. Такая параллель допускает участие исламской администрации или мастеров, работавших в её строительной традиции. Археология пока не позволяет превратить сходство в удостоверенную принадлежность. Башню могли возвести представители власти Верхней марки, местное сообщество, приспосабливавшееся к соседству двух политических систем, либо заказчик, чьё имя не сохранилось.

Осторожность здесь важнее красивой формулы о «мусульманской» или «христианской» крепости. Строительный коллектив пользовался местным известняком, водой, древесиной и известью; эти материалы не имеют политической маркировки. Направление контроля тоже не определяет государство автоматически. Башня могла защищать дорогу к Кардоне от западного подхода, следить за стадами и товарами или обеспечивать убежище людям, жившим у её подножия. Позднейшая оболочка перекрыла часть верхних проёмов прямоугольного ядра и ухудшила его пригодность для повседневного пребывания. Такой выбор показывает, что оборонная устойчивость в какой-то момент стала важнее прежних функций. Кто именно принял это решение, исследователи оставляют открытым вопросом.

Открыть оригинал ↗

Древнейшая башня имеет план около 8 на 4,8 метра и ориентирована с северо-запада на юго-восток. Её сохранившаяся высота достигает примерно 18 метров. Внутри различаются нижний ярус площадью около 27 квадратных метров, первый и второй этажи; ещё один верхний уровень утрачен, а над ним предполагают террасу или кровлю. Вход находился на первом этаже северо-западной стены, приблизительно в шести метрах над основанием. Проём высотой около 2,7 метра и шириной 1,2 метра завершён подковообразной аркой. Поднятая дверь усложняла внезапный доступ и требовала съёмной лестницы или деревянного подхода. На втором этаже были устроены два крупных окна в коротких стенах и небольшой южный проём. Их размеры необычны для сооружения, которое объясняют исключительно наблюдением и обороной.

Стены сложены трёхслойно: между двумя лицевыми рядами камня находится забутовка, залитая известковым раствором. На углах применены более тщательно обработанные блоки. Кладку поднимали горизонтальными захватками высотой примерно 70–90 сантиметров, давая раствору схватиться перед следующим этапом. Анализ смеси выявил белковую добавку, ускорявшую твердение. Следы и уступы в стенах позволяют реконструировать деревянные перекрытия и лестницы, хотя сама древесина не сохранилась. Башня стоит непосредственно на известняковой скале; отдельный глубокий фундамент не требовался, поверхность лишь выровняли под первые ряды. Это была технически продуманная работа с местным сырьём, рассчитанная на значительную высоту и длительную нагрузку, но она не даёт оснований называть сооружение комфортабельной резиденцией или донжоном.

Большая дверь и верхние окна породили хозяйственную интерпретацию внутреннего пространства. Через широкий вход было удобно поднимать объёмные грузы, а сквозное проветривание верхнего уровня подходило для сушки засоленного мяса. Вместе с химическими следами соли такая конфигурация позволяет предположить сочетание хранения, переработки продуктов и охраны. Пока это рабочая модель, а не установленная функция каждого этажа. Эта модель связывает размеры проёмов и следы соли с повседневной экономикой. Раннесредневековое укрепление могло обслуживать стада, запасы и людей столь же непосредственно, как границу. Военная архитектура здесь выросла из необходимости удерживать ограниченный ресурс и контролировать движение, а не из потребности создать символическую феодальную резиденцию.

На втором этапе прямоугольное ядро заключили в высокую овальную, почти цилиндрическую башню. По старым фотографиям её высота превышала 20 метров. Новая кладка охватывала первоначальные стены, закрывала часть проёмов и увеличивала массу сооружения. Внешняя форма лучше сопротивлялась ударам и не имела уязвимых прямоугольных углов, однако плата за это выражалась в тесноте и ухудшении освещения. На вершине, судя по историческим изображениям, существовали деревянные навесные конструкции. От этой оболочки после обрушения остались нижние участки и швы примыкания, поэтому современный посетитель видит прежде всего более древнюю внутреннюю башню. Нынешняя прямоугольность Ардеволя — результат утраты, а не окончательный средневековый замысел.

Третий этап относится к позднему Средневековью. Нижнюю часть окружили массивной наклонной рубашкой диаметром от 10,2 до 11,6 метра; сейчас она сохраняется примерно на высоту 4,5 метра. Расширенное основание укрепляло сооружение и прикрывало уязвимый контакт стен со скалой. Вместе три фазы образовали редкую конструкцию, где каждое поколение не разбирало предыдущее, а заключало его в новую защиту. Строители использовали существующую высоту как готовый каркас, меняя внешний контур и оборонные качества. Поэтому Ардеволь нельзя датировать одной цифрой: видимые элементы относятся к разным решениям, разделённым столетиями.

Раскопки 1987 года показали, что башня не стояла в архитектурной пустоте. К ней примыкала прямоугольная укреплённая площадка с каменными стенами; на южной стороне, вероятно, находился вход. Позднее к стенам укреплённой площадки добавлялись новые объёмы и контрфорс. В ранних слоях прослеживается использование с IX до XI–XII веков, а в XVI–XVIII столетиях бывшее оборонительное пространство приспосабливали под жильё и хозяйство. Археологи нашли лестницу в подвальное помещение, хлебную печь и кладовую. Эти детали показывают длительное уплотнение небольшого поселения вокруг старой вертикали. Источники не дают надёжной истории осад или артиллерийских переделок, поэтому изменения стен разумнее связывать с общим усилением и сменой функций, не придумывая для каждой кладки отдельную войну.

После включения Ардеволя в графский мир документы фиксируют сеть прав, а не единственную непрерывную династию владельцев. Земля упоминается среди владений виконтов Осоны-Кардоны; участки и церковные права имели Санта-Мария-де-Сольсона и кафедральный капитул Сеу-д’Уржель. В XII–XIII веках появляется фамилия d’Ardèvol. Жерау д’Ардеволь засвидетельствован в 1222 году, Понс — в 1273-м; вероятно, представители рода исполняли обязанности кастелянов. К 1314 году замок определённо находился в юрисдикции виконтов Кардоны, а после превращения их владения в графство в 1375 году вошёл в более крупную территориальную систему. Для самой башни это означало постепенную утрату роли отдельного центра: власть всё чаще выражалась через округ, повинности и земельные права.

Опись очагов герцогства Кардона 1502 года всё ещё называет «замок Ардеволь и Сант-Жуст» и насчитывает в этой группе 31 хозяйство. Формула говорит скорее об административной территории, чем о гарнизоне в древней башне. К тому времени укреплённая площадка уже приспосабливалась для хозяйственных нужд, а вертикальный каменный объём сохранял узнаваемость центра. Так замок продолжал существовать сразу в двух формах: как стареющая конструкция внутри селения и как название пространства, по которому учитывали население и права. Эта двойственность объясняет, почему скромная башня пережила исчезновение своей первоначальной границы.

14 апреля 1931 года удар молнии частично разрушил внешнюю овальную башню. В публикациях встречаются также даты 1930 или 1932 года, но отчёт археологов приводит точный день. После обвала обнажилось прямоугольное ядро. Опасные верхние остатки внешней оболочки в 1970-х годах разобрали, площадку расчистили и укрепили. Первое систематическое археологическое исследование провели в 1987 году Жоан-Рамон Гонсалес и Жули Маркалаин. В 2021–2022 годах прошёл новый этап реставрации с археологическим наблюдением, позволивший изучить раствор и строительную последовательность. Поэтому сегодняшний объект сочетает раннесредневековую кладку, фрагменты позднейших рубашек и современные элементы безопасного доступа. Реставрация сохранила различимость фаз, не пытаясь достроить исчезнувший цилиндр до воображаемого первоначального вида.

Castell d’Ardèvol внесён в реестр культурного достояния национального значения Каталонии как исторический памятник под номером 1244-MH; запись указывает охранный декрет от 22 апреля 1949 года. Для посещения башни изнутри официальный туристический портал Солсонеса предлагает организованные экскурсии. По опубликованному расписанию экскурсии проходят в первое и третье воскресенье месяца; даты и бронирование следует проверять перед поездкой. Подъём проходит по лестницам, местами трудным, что важно учитывать людям с ограниченной подвижностью. Внешний осмотр даёт главную подсказку и без подъёма: у основания прямоугольных стен видна каменная масса, когда-то скрывавшая их почти полностью.

Ардеволь ценен точностью материального рассказа. Его ядро возникло в VIII–IX веках у дороги между пастбищами, поселениями и соляным районом Кардоны. В IX–X веках башню заключили в более мощную оболочку. После графского завоевания местность вошла в систему владений и замкового округа, а в позднем Средневековье нижнюю часть башни усилили наклонным основанием. Жилые и хозяйственные переделки продолжались тогда, когда первоначальная военная граница давно исчезла. Наконец, катастрофа XX века сняла внешнюю кладку и неожиданно открыла древнейший этап для исследования.

Эта последовательность не решает спор о первом заказчике, зато показывает пределы привычных ярлыков. Подковообразная арка не превращает башню автоматически в исламскую крепость, а позднейшая принадлежность Кардоне не делает её изначально графской. Соль в растворе может быть следом хозяйственного использования, но не заменяет прямого свидетельства склада. Письменный акт 1027 года подтверждает замковую территорию, а не дату кладки. Когда уровни доказательства разделены, Castell d’Ardèvol предстает редким сооружением переходной зоны: местная техника, дальние политические связи и повседневная экономика здесь буквально вложены одна в другую.