Замок Бошадорс

Холм лежит в нынешнем муниципалитете Сант-Пере-Саллавинера, в комарке Анойя провинции Барселона, у стыка с Бажесом и неподалёку от Сольсонеса и Сегарры. С вершины открываются плато Калаф, гряды Рубио и Кастельтальят, а сама башня входила в цепь зрительно связанных укреплений центральной Каталонии. Такое положение объясняет выбор места точнее, чем привычное определение «стратегическое»: сторожевой пункт отмечал восточный подход к плато, позволял наблюдать за гребнем Кастельтальята и включал освоенную землю в сеть замковых округов. Внизу церковь Святого Петра закрепляла другую сторону той же организации пространства — приходскую. Замок, храм и разбросанные хозяйства образовывали узел, в котором военное наблюдение, сбор повинностей и церковная структура поддерживали заселение территории, пережившей пограничные войны и набеги конца X — начала XI века.

Письменные свидетельства заставляют разделять название местности и саму крепость. В документе 1015 года, где епископ Вика Боррель передавал левиту Гильему д’Оло область Сегарры с Калафом и соседними высотами, Boixadors фигурирует как ориентир границы под формой Boxcadossa. Затем встречаются terme d’Eoxadorx в 1025 году и terme de Boxadosso в 1041-м. Лишь запись 1085 года прямо называет castell de Buxumdorsi. Следовательно, 1015 год подтверждает существование топонима и организованного термина, но не даёт права описывать уже тогда полный каменный замок. Археологи относят круглую башню к XI столетию по кладке и типу проёмов; связанного с её основанием стратиграфического слоя раскопки не обнаружили. Предположение о более ранней деревянной сигнальной постройке остаётся рабочей гипотезой, а не установленной фазой.

Первоначальный выбор вершины подчинил архитектуру скале. Башню поставили на самой высокой точке, непосредственно на естественном основании; её массивный цоколь компенсировал неровность породы. От построек вокруг почти ничего не осталось, отчасти потому, что скальная поверхность могла служить полом без отдельного культурного слоя. В результате ранний Бошадорс невозможно добросовестно восстановить как привычный двор, окружённый куртинами. Надёжно читается один вертикальный объём, рассчитанный на наблюдение, укрытие и хранение. Его смысл раскрывался в масштабе всей сети: сходные круглые башни стояли в Манресане, Жорбе, Клариане, Монфалько-Грос, Кастельяре и Гоберне, перекрывая зрительным контролем разные участки нового политического ландшафта.

Имя рода появляется раньше, чем документы позволяют уверенно описать его права. Беренгер Бонфиль де Бошадорс известен с 1100 года; в завещании 1112 года он сделал пожертвования в пользу церкви Бошадорса, но не назван владельцем крепости. Гильем де Бошадорс уже засвидетельствован как сеньор замка в 1124 году. Представители рода участвовали в продвижении власти графов Барселоны на запад после завоевания Льейды в 1149 году, получали земли в Гарригесе и Валенсии, занимались заселением Эсплуга-Кальбы, Фульеды и Тарреса. Родовой замок при этом оставался точкой происхождения имени и прав, хотя документы XII–XIII веков чаще рассказывают о дальних приобретениях семьи, чем о зданиях на холме.

К концу XIII века политический вес владельцев уже требовал более оформленного центра. В 1297 году Беренгер де Бошадорс, сеньор Бошадорса и Сант-Матеу-де-Бажес, занял должность вигье — окружного администратора Сервера и Тарреги; затем её исполнял его сын Гильем. В начале XIV века семье принадлежал и соседний замок Льявинера. В 1381 году Рамон де Бошадорс расширил владения, а покупка Ла-Фортесы Рамоном Беренгером в 1422 году связала Бошадорс, Льявинеру и Ла-Фортесу в одну баронию, которую источники также называют varvassoria — владением варвассора, занимавшего промежуточное место в феодальной иерархии. Археологическая дата первого развитого стенового периметра — около 1300 года — хорошо согласуется с превращением башни в административную и жилую резиденцию семьи, чьи полномочия распространялись уже на несколько территорий.

В XV веке барония перешла к Беатрис де Бошадорс, супруге Арнау де Фоша. Так возникла линия Фоша-Бошадорс. Перемена наследственной линии не прервала жизнь комплекса, но сделала постоянное присутствие сеньора менее обязательным: владельцы могли делить время между Бошадорсом и Фоша, тогда как хозяйство продолжали вести управляющие и арендаторы. В XVII–XVIII веках наследование продолжилось через связанные с этим родом ветви Сальва и Шатмар. Внутри комплекса к этому времени всё больше места занимали амбары, кухня, погреб и комнаты сельской усадьбы. Замок сохранял юридическое имя и статус центра владения дольше, чем его стены сохраняли военную специализацию.

Круглая torre mestra остаётся единственной несомненно романской частью, видимой во весь объём. Её внешний диаметр составляет 7,2 метра, сохранившаяся высота — около 15 метров. Небольшие и средние блоки местного камня лишь грубо обтёсаны, но уложены последовательными горизонтальными рядами. Внутреннее пространство расширяется кверху по мере уменьшения толщины стен: нижняя камера имеет полезную площадь примерно пять квадратных метров, верхняя — около двенадцати. Изначальный вход находился с востока на высоте семи метров и завершался полуциркульной аркой; попасть к нему можно было по приставной деревянной конструкции. Нижнее помещение, вероятно предназначенное для зерна, открывалось сверху. Нынешняя дверь ближе к основанию появилась позднее и была восстановлена; старые фотографии показывают, что её обрамление к тому времени уже разобрали и, возможно, использовали вторично.

Около 1300 года отдельную башню окружил каменный периметр. Раскопки выявили его участки под более поздними стенами на востоке, юге и западе. Главный вход располагался с восточной стороны: к нему поднималась мощёная крупными плитами рампа. Неподалёку существовал второй, настолько узкий проход, что через него мог пройти один человек; поворот стены скрывал его от прямого наблюдения, поэтому исследователи осторожно интерпретируют проём как потерну — небольшой запасной проход в крепостной стене. На северо-восточном углу, вероятно, тогда же появилась бесторре — выступающая башня стенового периметра, хотя её основание не было проверено отдельным раскопом. Внутри стояли прямоугольные корпуса. Большой южный зал имел нижний и верхний этажи; перекрытие опиралось на диафрагменные, то есть поперечные несущие арки. Так башня наблюдения вошла в систему, совмещавшую гарнизонную функцию, управление округом и быт сеньориального двора.

Во второй половине XIV века восточная сторона получила новый представительный объём. От него сохранилась стена с тремя большими окнами, внутренние откосы которых завершались пониженными арками; следы профилированных импостов указывают на более тщательную отделку, чем в хозяйственных помещениях. Исследователи считают этот корпус парадным залом, но подчёркивают, что стратиграфия основания не сохранилась и назначение требует осторожной формулировки. Его появление меняло маршрут внутри комплекса: посетитель проходил укреплённый вход и попадал уже не к одинокой башне, а в резиденцию, где архитектура демонстрировала ранг владельца. Романская вертикаль продолжала господствовать над двором, однако повседневная и церемониальная жизнь переместилась в протяжённые корпуса по краю площадки.

Около 1500 года периметр расширили к югу и востоку. Новую линию стен провели перед прежней, устроили другой главный вход, а юго-восточный край вершины увеличили искусственной террасой: последовательные слои камня на известковом растворе подняли и выровняли площадку. Между двумя западными куртинами возник обход с деревянным настилом, опиравшимся на гнёзда в кладке. Перестройка поглотила часть средневековых комнат и связала главный корпус непосредственно с круглой башней; вероятно, тогда в ней пробили нижний вход. Получившаяся архитектура может показаться одновременной, но в стенах один за другим скрыты ранний периметр, позднесредневековое расширение и новые пути движения. Даже вход, которым пользуются сегодня, относится не к основанию замка, а к этой поздней фазе.

В первой половине XVI века северная и западная части всё явственнее обслуживали сельское хозяйство. Рядом с башней устроили хлебную печь, помещение для замеса и кухонный очаг; винный чан врезали в саму башню. Каменный канал с уклоном около тридцати процентов выходил за пределы стен; исследователи предполагают, что это был водоотвод, но его точное назначение остаётся неясным. Другая система из черепичных желобов, перекрытых плитами, по-видимому, направляла сток к цистерне под восточным залом. Инвентарь 1521 года называет конюшню, погреб, столовую, кухню и помещение для выпечки. Эти материальные следы показывают замок как хозяйственный центр: стены ещё очерчивали сеньориальное владение, но внутренняя инфраструктура была рассчитана на хранение зерна, переработку винограда, приготовление пищи и постоянный труд.

Позднесредневековое усиление Бошадорса приходится на тревожный период, однако источники не позволяют превратить совпадение дат в рассказ об известной осаде. В последней трети XV века соседние Пратс-де-Рей и Калаф испытали последствия Каталонской гражданской войны и войн ременсов. 9 августа 1480 года вигье Сервера потребовал поднять знамя против замка Бошадорс; в книге городского совета даже указано число людей для ополчения. Документ не сообщает, выступило ли войско и дошло ли дело до штурма. Поэтому расширение около 1500 года допустимо связывать с общей нестабильностью и необходимостью обновить защитный контур, но нельзя описывать новые стены как доказанный результат конкретной атаки.

Физический ответ на опасность состоял прежде всего в удвоении отдельных линий, расширении площадки и ремонте периметра. В первой половине XVII века старые стены местами облицевали наклонными подпорными массивами: они удерживали кладку и одновременно делали основание труднее для разрушения. Публикации не фиксируют здесь бастионной системы или надёжно датированных артиллерийских позиций. К этому времени часть южных и западных помещений уже обрушилась около 1600 года и больше не восстанавливалась. Поздняя квадратная башня на востоке, возведённая в течение XVII столетия, имела внизу круглый сводчатый резервуар, вероятно зернохранилище. Даже элемент с обликом оборонительной башни обслуживал теперь хозяйственную устойчивость резиденции.

Около 1728 года восточный жилой корпус приспособили к трём этажам. Пол понизили, дверные пороги перенесли вниз на семьдесят–восемьдесят сантиметров, а старые арки частично срезали и перекрыли деревянными перемычками. Ради новой планировки строители выбрали грунт вплоть до слоёв около 1500 года, уничтожив часть последовательности XVI–XVII столетий. Эта перестройка особенно важна для восприятия руин: позднее восстановление XX века удалило часть таких вставок, и посетитель видит более ясную готическую структуру, чем жители XVIII–XX веков. Археология здесь исправляет оптическую иллюзию. «Старинный» облик не всегда является самым поздним обитаемым состоянием, а реставрация способна выделить один слой, ослабив видимость другого.

В XIX веке западные и южные помещения вышли из употребления; северный участок служил открытым двором и огородом. Жизнь сосредоточилась в восточных корпусах, рядом с которыми у подножия холма появились мастерские, склады и загоны. В первой половине XX века семья Барконс занимала три комнаты бывшего замка как masia, каталонский крестьянский дом. Разрушенные стены разбирали для ремонта окрестных хозяйств; окончательный уход жителей в 1947 году оставил комплекс без постоянного обитания. Поэтому нынешняя сохранность распределена неравномерно: круглая башня удержала свой романский объём, восточные корпуса показывают несколько жилых фаз, а значительная часть средневековой планировки доступна через археологически раскрытые фундаменты и законсервированные стены.

Охранная история началась ещё до полной археологической расшифровки комплекса. Декрет Испании от 22 апреля 1949 года поставил под государственную защиту все замки страны; Бошадорс числится как Bé Cultural d’Interès Nacional, памятник военной архитектуры, с записями IPAC 1731 и археологического инвентаря 12245. В 1971 году собственники передали замок муниципалитету Сант-Пере-Саллавинера при условии его восстановления. Работы проводились в 1971 и 1983 годах, а с 1996–1997 годов SPAL Дипутации Барселоны развернул программу исследований, раскопок, консолидации и приспособления для посещения. Археологические кампании, начавшиеся в 1999 году, дали основу для чтения строительных горизонтов вместо стилистических догадок.

В феврале 2025 года завершилось очередное обновление маршрута. Новые переходы заменили прежние, в маршрут включили дополнительные интерьеры и связали движение посетителя с хронологией строительства; после работ возобновились экскурсии. Современный Бошадорс поэтому нельзя рассматривать как нетронутую средневековую крепость. Романская башня подлинна в основном объёме, но её нижний вход и отдельные детали восстановлены; стены и залы принадлежат XIV–XVIII векам, часть проёмов раскрыта реставраторами, а утраченные комнаты обозначены археологией. Именно это несовпадение слоёв делает комплекс исторически выразительным: путь от поднятого входа XI века к винному чану, печи, пониженным полам и современным мосткам показывает, как один холм последовательно служил дозорным пунктом, центром баронии, сельской усадьбой и исследуемым памятником.